Рыбалка

Автор: Руководитель мастерской АРДИК+ Сысоев Г.Б.

     Ясно, что в этом древнейшем занятии мужчины находят  Особый смысл. Когда-то, да и кое-где до сих пор, рыбалка являлась, прежде всего, средством к существованию. Теперь для современного человека это уже не так. Но тогда что? Азарт рыбной ловли можно сравнить с азартом секса? Вряд ли. Он затрагивает самые сокровенные струны в нашей мужской душе? Может быть. Мужчина – это, прежде всего, добытчик, защитник,  строитель, в общем -  креатор. Женщина, в силу функции воспроизводства в данном случае годна лишь на роль второго плана – быт, уют, еда, дети, житейские радости. Для нее рыбалка или охота – ничто,  всего лишь необходимость прокорма в случае крайней нужды. Для мужчины, кроме добычи как таковой, это еще и способ Самоутверждения! В современном мире, где его функция зачатия ничтожна, а остальное делается женщиной. Роль добытчика, защитника, главы придает еще гораздо  больший вес  в жизненном балансе полов. Теперь, когда есть гастроном, и посконная добыча трофеев уже никому не нужна, мужчина, лишившись главной  роли вселенской опоры, рискует оказаться вообще  не нужен, декоративен.  Это тревожное предчувствие и возвращает его к роли добытчика, как к некой опоре, способной заполнить его Эго самоощущением незаменимости.

     Известно, что хорошими рыбаками являются только мужчины, потому что на креативность в рыбалке женщины, как уже говорилось, не пригодны и не претендуют. Для них это способ пропитания и только, а все эти блесны и крючки им чужды, непонятны и неинтересны, как  неинтересен и непонятен двигатель под капотом их машины. Женщины -  это классические пользователи в современной жизни, а мужчины – производительная сила. Такой порядок сложился очень давно и вырос из биологической разницы полов, которая тысячелетиями разводила их все дальше и дальше друг от друга, наделяя каждого своими неповторимыми особенностями.

     Поскольку рыбалка лишь имитирует роль добытчика, мужчину интригует не столько результат, сколько процесс и технологические тонкости   овладения процессом. Его мозг  включен в тончайшие нюансы техники и технологии. Техническое оснащение рыболовного процесса способно затмить компьютерное. Рыбалка давно стала ритуалом, эстетикой, удовольствием. Чем оно  недоступнее для женщин, тем лучше. Когда женщина попадает в рыболовный магазин, она напоминает мышь, залезшую в компьютер. Что к чему – непонятно и несъедобно. Для мужчины же  это мир, где он царь природы и его самолюбие находится на верхней точке удовлетворения. А дальше!? Дальше рыбу надо взять и это по-прежнему непросто, тем более что ее с каждым годом становится все меньше. Мистика рыбалки заключается в том, что техническое оснащение практически мало на что  влияет. Успешность рыбалки – в «чуйке», таланте, мастерстве, и все эти факторы находятся где-то  за пределами  технического оснащения. В наш век истощения природных ресурсов удачливость рыбака – это почти загадка природы, не поддающаяся прагматичному объяснению.  Да и на протяжении миллионов лет ситуация оставалась почти такой же, так как средства лова были грубее и примитивнее.

     Примитивные средства лова типа сети, казалось бы, просты и понятны хотя и там мистика присутствует. Одна сеть будет полна рыбы, а другая пуста. В остальном сеть это довольно прямолинейный способ лова, хотя и подкупающий своей продуктивностью. Но если Вам дать сеть в руки без многолетней тренировки, Вы ее запутаете и ничего  сделать не сможете, я уж не говорю о том, где ее ставить, не поймете, так как и этот вид лова вовсе непрост.  Не буду говорить, что раньше сеть  надо было еще сплести долгими зимними вечерами при свете лучины, но даже и теперь грамотно поставить сеть в нужное место, а потом  проверить – истинное искусство.

     Мой старший брат Николай, бесконечно мною уважаемый за это самое непостижимое «шестое чувство» охотника и рыбака, отличался удивительным умением добытчика. Леса и водоемы Карелии были для него открытой книгой, а тайга – дом родной. Для его поколения контакты с природой были делом более привычным, чем для нынешнего.  Полагаясь на свое «шестое чувство», он в открытом Онежском озере поставил сеть на глубине метров десяти-пятнадцати и постоянно ее проверял (по карельски «похажал»). Свежая рыба в доме всегда была как из магазина. Как он ее находил на открытой воде без всяких «GPSок»?  Способ-то прост, но какой точности глаза требует, вы не представляете. Надо сделать засечки координат под прямым углом, а когда метки совпадут, надо забросить «кошку» (якорек) и на нужной глубине тралить, идя на веслах против волны. Мало того,  если волна изрядная, трудно совместить метки, идти на веслах против волны весьма тяжело. И далеко не сразу удается зацепить «кошкой» сетку. Так вот, Николай это проделывал с блеском много раз, когда мы ходили «похажать» его сеть вдвоем. Я естественно был на веслах, а он главный кормчий. Метки, по которым он засекал координаты, были на горизонте в виде едва заметных сопок и прочих безликих на мой дилетантский взгляд предметов. Главное – засечь метки под углом девяносто градусов, и уже тралить, утюжить это место. Мы всегда ухитрялись поймать эту чертову сеть, хотя я порой был уже в мыле от гребли на тяжелой дюралевой моторной лодке. Наконец Николай   ловил свою сеть, и начинался самый волнующий этап рыбалки – «похажание». Из таинственных глубин бескрайней Онеги, из темной толщи воды, осторожно перебирая сеть, он извлекал трофеи. Моя задача при этом была проста – обеспечить плавное движение лодки и точное ее положение относительно сети. Когда волна и ветер, это сделать непросто. Но азарт таков, что впиваясь взглядом в черную глубину, ты все делаешь автоматически, загребая то левой, то правой. И вот она, вершина, ради которой не жалко ни потраченных сил, ни холода, ни непогоды. Из толщи воды проявляется светлое пятно. Ближе, ближе, твое нетерпение на пределе! Ты силишься разглядеть, что попало в сеть. Наконец Николай, тоже в рыбацком трепете, с пафосом произносит: «Лосось», или чуть разочарованней: «Щука», или совсем разочарованно: «Налим», или одобрительно: «Палия», или удовлетворенно: «Сижок», или прозаически: «Окунь».  Наслаждение добычей отбрасывает тебя на тысячи лет, когда каждый трофей означал жизнь и сытость. Ты не голоден, но добыча тебя волнует так же, как  это ощущали  предки, выживая в этих  суровых условиях. Кроме радости трофея, мы испытывали нечто  большее – чувство благодарения небу за нашу тяжелую, но успешную работу и еще то, что теперь называется азарт. Азарт – это когда тебя слегка колотит от волнения и адреналин, кажется, вот-вот «закапает из ушей».

     Я не понимаю европейцев, превративших рыбалку в этакое стерильное развлечение, когда можно поцеловать трофей и отпустить. В этом мне видится утрата каких-либо генетических корней, когда рыбалка становится просто игрой, такой же, как компьютерная. Трофей надо хвалить, ритуально готовить, и потом съесть, смакуя неповторимый вкус и мощную энергетику свежепойманной рыбы. Эти люди много рассуждают о здоровой еде, а потом целуют трофей, выпускают его и едят какой-нибудь гамбургер!? Что сказать, это и есть утрата связи с матерью-Землей, которая только одна может дать вам здоровье и силу.

    Мой отец ловил много и большей частью щук, которые в Карелии ловились повсюду и не считались деликатесом. Но Бабушка каждый трофей обязательно «обвайкивала», как будто осуществляла древний языческий обряд. Если не «обвайкаешь», не отблагодаришь небо за трофей, в следующий раз не факт, что и получишь. Века выживания русского народа, наверное, породили эту традицию. Вроде бы и не специально, но она обязательно похвалит добытчика и отдаст должное статям самого трофея. Я мальчишкой смотрел на это, слушал и недоумевал: «Что она, щук не видела, что ли?» Только теперь мне понятно, что это рефлексия, зашитая  в генах людей, знающих, как все непросто достается, особенно во времена, когда не было ни магазинов, ни ресторанов и все добывалось своими руками.

     Но я уклонился от главной темы. Рыбалка для современного человека -  это еще непередаваемое удовольствие взаимодействия с живой природой. На рыбалке ты какбы сливаешься с природой, чувствуешь ее философскую бесконечность и собственную дискретность. Простая удочка с поплавком  способна вас вырубить из привычных координат будничной городской жизни. Дрожание поплавка, необходимость вовремя подсечь, глубина заброса, и главное, точка заброса, моментально делают тебя чутким охотником, выключенным из забот внешнего мира! Это область, где  требуется интуиция или «чуйка». Каждый  знает, что по каким-то необъяснимым причинам, один рыбак удачлив, а другой нет. Как это происходит, никто не знает. Здесь не играет особой роли техническое оснащение, качество снаряжения или уникальность наживки – совершенно нет. Возможно, удачливость приходит к наблюдательным, неутомимым и везучим? Объяснения этому нет,  так же как в Монте-Карло есть игроки в рулетку везучие и невезучие…. Для любого рыбака это, наверное, самый завораживающий момент – клюнет или нет? Весь ум, старание, оснащение, наблюдательность подчинены стремлению к одному - к удаче. Видимо рыбаки в душе  -  азартные люди, подобно  игрокам в рулетку. Отсутствие чутья делает рыбака неэффективным.

    Есть поверье: «на дурака» непременно повезет, но стабильную удачу обеспечит только истинный рыбак.

     Подражая своему отцу, я тоже пристрастился к рыбалке и на фоне дилетантов мог блеснуть кое-какой успешностью, однако, до истинного мастерства мне чего-то не доставало. На самом деле,  путь к совершенству бесконечен.

     Однажды отец приехал ко мне в гости на КАМАЗ, и мы решили его порадовать и свозить  на рыбалку на Ик, который мы уже хорошо знали с другом Валерой. Отец, как истинный рыбак и как человек очень сдержанный,  никогда себя не выпячивающий, охотно подчинился нашим  планам порыбачить. Мы с Валерой ощущали себя вполне опытными спиннингистами,  неплохо освоившимися с речкой Ик и ее особенностями, поэтому вполне рассчитывали на свою полную конкурентоспособность. Ик была рекой очень живописной и весьма рыбной, поэтому наша, хоть и неблизкая, поездка обещала много интересного.

     Однако день выдался пустой. Мы прошли все знакомые места, честно кидали целый день, но, как назло, безрезультатно. Я, считая себя вполне умелым рыбаком, кидал без устали, менял приманки,  очень хотел блеснуть перед отцом, услышать похвалу, и вообще ощутить себя зрелым рыбаком. Однако Ик, оставаясь все таким же заманчиво живописным и, я хорошо знал, рыбным, не одарил меня ни единой поклевкой. Я еще находился на той начальной стадии понимания рыбалки, как вполне управляемого, подвластного человеческой изобретательности процесса. Однако не клевало, как говорят рыбаки, мертво. В конце дня, в условленный час, мы встретились у автомашин. Первым я увидел Валерку, он пришел тоже пустой, злой от  неудачи и усталый как собака. Наконец подошел отец и простенько так бросил к ногам очень хорошую щуку, жереха и судака. Ни жереха, ни судака мы на Ике вообще не ловили. Нашу молодую спесь как волной смыло, и мы ощутили себя пошлыми приготовишками. Я впервые, может быть, задумался о том, что надо быть не просто умелым и не только удачливым, но обладать рыбацким чутьем. Отец был именно таким рыбаком. Он ловил практически всегда и везде. Кроме мастерства заброса в нужную точку и подбора приманок, он еще знал нечто. Точнее не знал, а чувствовал: погоду, ветер, структуру дна и прочее.

     Наша эволюция, кичливо именуемая технический прогресс, - всего лишь досадная ошибка истории, сбой в развитии человека. Появление ученых энциклопедистов типа Леонардо, Парацельса, Ломоносова, было, к сожалению, не  началом новой эпохи, а точкой слома. Как только вслед за ними появились зачатки машинного производства, человечество сползло в колею технического прогресса. Один гений, типа Форда, придумывает производство и печет продукцию, как блины. Остальное человечество становится просто пользователем, утрачивая  какие-либо навыки самостоятельной жизни. Процесс этот постепенный и незаметный, но именно поэтому неотвратимый. Сегодня все зашло так далеко, что мы стали пользователями во всем. Произошло отмирание функций выживания, самостоятельности и умения что-либо делать своими руками. На фоне «вундеркиндов», продвинутых теперь уже только в узких областях, остальная масса превратилась в убогую толпу обывателей-пользователей. Им уже не приходит в голову делать что-то своими руками, когда можно просто покрутить какие-нибудь гайки на каком-нибудь заводе, получить волшебные бумажки и купить в магазине пиво, чипсы, включить телевизор и смотреть «развлекаловку».

     Все устроено так, чтобы ни дай бог, этот пользователь не задумался о смысле жизни, счастье, добре и зле, и многих вещах, о которых надо думать и горевать. Горевать, потому что в горестях крепнет душа и наливается смыслом самосознание – зачем ты и для чего?

     Конечно, в этих условиях деградации исчезают в человеке всякие тонкие материи, такие как интуиция, предчувствие, чутье, телепатия и прочее. Именно эти свойства человека, если их развить, делают каждого индивида самодостаточной личностью. Этот человек, образуя единое целое с природой, является ее действительным хозяином. Ему не надо рыть недра, валить леса, рыть каналы и строить города. Весь мир для него - уютный комфортный дом. Цунами, штормы, ураганы – это всего лишь профилактические чистки организма, и надо знать о них, не мешать и обходить стороной. Так, по легендам и жили Гипербореи и Атланты. Летали силой мысли и черпали информацию из информационного поля, как это делают некоторые люди до сих пор (Кейси, Мессинг, Ванга и другие). 

     К сожалению, все пошло не так и не туда. Армии пользователей, как саранча, уничтожают конечные ресурсы и потребляют все большее количество энергоносителей и сырья. Стали ли они счастливее, богаче и умнее? К сожалению, нет. Человек блуждает в потемках собственной беспомощности и ненужности, не находя себе места. Его насильственно превратили в придаток к телевизору, компьютеру, телефону. Кажущийся прогресс обернулся бесцельностью существования и высыханием мозгов. Зачем умножать и делить в уме, если в каждом телефоне есть калькулятор…. Обыватель обречен на деградацию и этот процесс мы с вами наблюдаем, в том числе и на себе, когда забить гвоздь для многих уже проблема. Масштабные личности и гиганты мысли ушли в прошлое, оставив нам мнимый комфорт и развлекаловку.

     Но я отвлекся от рыбалки, которая остается, чуть ли не последним мостиком  туда, где человек взаимодействует с природой на интуитивном уровне.  Таких занятий осталось немного. Знахари, гомеопаты, ясновидцы и врачеватели, вот, пожалуй, и все, что осталось в нашей жизни от тех корневых ролей, связывающих нас с матерью-природой. Хочется надеяться, что на другом витке развития человек все же найдет себя….

     Когда мы ходили по Онеге на «Пелагее», помощником капитана был некий Володя, по-видимому, карел. Он был лососятник от бога и  находил его практически везде. На мой взгляд, бескрайние просторы Онеги везде одинаково прекрасны, но лосось это редкий и ценный трофей.  Ловить лосося хотелось везде, и только Володя знал, где именно. Надо сначала выбрать место, разбросить «кораблики», закинуть несколько троллинговых спиннингов. Через полчаса безмятежного движения на малом ходу, или еще лучше, под парусом, какой-нибудь спиннинг начинал яростно выматывать леску под визгливый треск стравливающего приспособления на катушке и, наконец, где-нибудь метров в шестидесяти лосось-красавец делал «свечку», блеснув на солнце серебряным, как отлитым из металла мощным телом, и мы начинали вываживать добычу, наматывая леску виток за витком. Его сила сопротивления  такова, что каждый оборот катушки дается с трудом, а иногда приходилось немного стравить лески, чтобы измотать сильное существо. Наконец он уже близко, и напарник с огромным подсачком черпает рыбу сзади.  Под дикие ликующие вопли присутствующих, от которых шарахаются даже чайки, наконец, рыба уже на палубе. Красота  зрелища не может никого оставить равнодушным. Ты просто трепещешь от смеси азарта, восторга и благодарения небу за то, что лосось не сошел и бьется теперь у твоих ног, оставляя на палубе мокрые скользкие следы. Повинуясь единому порыву, мы разделываем рыбу, и, сдобрив самые отборные ломтики острым японским соусом, наливаем рюмки и выпиваем, закусив водку этим наисвежайшим суши. Возбуждение и азарт непередаваемы. Женщинам это дикарство, немного странно и непонятно….

     Когда у Федора появился настоящий финский катер, специально приспособленный для троллинга, и он вполне овладел  техническими тонкостями троллингового лова, устройством таунригеров, малого хода, эхолота и прочими (этих тонкостей бесчисленное множество и технический прогресс их изобретает все больше и больше), -  мы, наконец, решили, что лосось теперь у нас будет всегда. Не тут-то было! Без той самой мистической «чуйки», мы остались на уровне любителей. Я привозил великолепные воблеры и блесны, нашему арсеналу  мог позавидовать любой лососятник, но…. Главным в этом деле все равно осталась удача, чутье и талант. Нам его явно недоставало. Мы с утра до ночи честно отрабатывали нелегкую рыбацкую вахту, так  что, обессиленными добравшись домой, долго приходили в себя, а земля под ногами ходила ходуном. Случались и зацепы на лудах, и перепутанные снасти, и сильная волна, усложняющая жизнь, но мы честно боролись, подчиняясь искушающему рыбацкому азарту. Рыба, вот она здесь, всюду, и эхолот ее видит. Но нет. Конечно, мы ловили  лососей, щук и судаков. На большой воде Онеги рыба попадается огромная, сильная, ни с чем несравнима борьба с крупной, сильной рыбой. Но сказать, что мы освоили это дело, я не могу, мы так и остались на уровне вооруженных до зубов приготовишек. Третий глаз так и не открылся.  Уровень Володи с «Пелагеи», отца, Николая и многих других остался недостижимым.

     Местный знакомый фермер, на наш вопрос, где наловить окуней, ответил сразу: «Да вон, сходите к третьему бакену на фарватере, метров в двадцати от него на восток хорошая луда». Луда – это местное название возвышенности на дне, куда приплывает всякая рыба погреться и прикормиться на глубине метра полтора – два. Здесь удобно и на якорь встать и рыбачить на спиннинг и удочку. Попутно он прочел целую лекцию о сопутствующих признаках, когда хорошо берет, а когда бесполезно. Ветер восточный, северик, западник, честно сказать, в этой характерной карельской скороговорке, ни Федор, ни тем более я, не очень разобрались, но все же уловили, что когда дует северик, ничего не берет, и к перемене погоды – тоже. Учитывая, что в Карелии погода может меняться два раза в день, а стабильное тепло и штиль на два-три дня – это просто подарок, понять, когда надо ловить очень сложно. В результате походы на эту луду  были очень разными. Однажды мы взяли с собой москвича, первый раз взявшего в руки удочку и, наловив ведро роскошных окуней, спросили: «Ну как рыбалка?» Он интеллигентно так ответил: «Да ничего сложного – таскай и таскай». Он и не подозревал, что попал в удачный момент, когда, кажется, хватает непрерывно и окунь сам лезет на крючок.  Он не знал, что иной раз на этом месте ничего не берет, хоть тресни. С рыбалкой так всегда. И только человек, тонко чувствующий, где и как ее взять, будет с рыбой.

     Зимняя рыбалка это особое дело, которым владеют на русском севере те, кто постоянно проживает рядом с водоемом. Хитрость в том, чтобы сеть можно было вытянуть через прорубь, а потом вернуть назад в прежнее положение. Для этого делаются небольшие проруби на другом конце сети, через них продернут шнур, при помощи которого выбранная сеть обратно затягивается под лед. Вся система готовится с осени и не надо объяснять, сколько надо умения и сноровки, чтобы шнур не примерз ко льду и вообще, когда водоем замерзнет, вся система была в рабочем состоянии, а проруби не потерялись и не замерзли.

     Мне довелось посмотреть, как мужики, под руководством все того же Володи-лососятника, сотворили еще более сложную систему. От центральной проруби, через которую сети «похожаются», крестом отходят четыре ветки сетей, метров по сорок каждая. На концах ветвей делаются вешки, чтобы найти лунку и моток бечевы. Главная прорубь - центр креста,  метра полтора на полтора, накрыта деревянным щитом, чтобы не замерзла, обозначена вешкой. Учитывая внушительные размеры, этот «паук»  был установлен на воде большого Онего.  

     Был морозный зимний день. Мела поземка по снежной глади озера. Мы на новом «Хивусе» (судно на воздушной подушке) загрузились со своим скарбом в зимней одежде и прихватили еще двух лаек, пожелавших с нами прокатиться. После теплого дома и плотного завтрака все напоминало прогулку с   невиданным в этих бескрайних карельских краях комфортом. Через полчаса плавного движения на «Хивусе», мы остановились у главной проруби. На открытом озере поземка мела так, что прихватывало щеки, а собаки зябко прятались от ветра за «Хивус». Володя отдал команды напарнику  и начал приводить в порядок главную прорубь. Под деревянным щитом образовался ледок, и прорубь пришлось опиливать бензопилой. Открылась черная бездонная промоина, из нее шел зябкий парок. Сбросив рукавицы, Володя нашел бечеву для подъема сети и, по его команде, у другой проруби напарник начал стравливать. Володя тянул, напарник стравливал. Через пару минут из воды показалось начало сети. Мы все, ежась и переступая с ноги на ногу, прячась от колючего ветра со снежной крупой, в нетерпении ждали представления. Мокрые капли замерзали на морозе, и было жутко смотреть, как Володя голыми руками перебирает мокрую снасть. От близости ледяной воды морозец знобил между лопаток. Волнение нарастало. Сначала пошли сиги, хорошие, крупные, потом хорошая дикая форель, попадались щуки и щучки, пара лососей и, конечно, налимы. Их рыбаки не любят, так как их в Онеге много, в уху они не очень годятся, а зимой коптить нет особого энтузиазма. Хотя копченый налим на ольховых опилках – это деликатес. Первая сеть закончилась.

     По команде Володи сеть медленно затягивали назад, попутно расправляя запутанные рыбой места. Затем, таким же образом началась проверка следующей «ветки» нашей крестообразной снасти. Как и водится на рыбалке, где-то густо, а где-то пусто. А где-то крупная рыбина прорвала снасть, и рыба ушла через прореху. Однако улов был просто царский. Все, что водится в Онеге, дергалось и подпрыгивало на морозном снегу, пока рыба не заснет. Напарник вернулся весь в мыле, так как он сделал весьма солидный круг по глубокому снегу. Да и затянуть сеть назад – это тяжелая работа. Наше дело было чисто туристическое. Смотреть, переживать, фотографировать и наслаждаться процессом и ощущением, что не ты работаешь замерзающими на ветру мокрыми руками, перебирая сеть, вынимая и распутывая сильную рыбу. Оживленно беседуя и пересмеиваясь, все с облегчением уселись в «Хивус» и на этом рыбалка была завершена. Легкость всего процесса, конечно, была обманчива, так как подготовка, наладка, установка и запуск всей системы – дело весьма трудоемкое, но, как финальное шоу, оно впечатляло. Тем более, что обычные рыбаки, которые уныло сидели над своими лунками, могли рассчитывать добыть себе пригоршню окуней на уху и, если повезет, парой крупных особей.

     Переполненные ощущением собственной крутизны, мы вернулись домой усталые и возбужденные с нешуточного мороза. И вот опять, подумалось, как много надо интуитивно угадать, чтобы поставить сеть в нужное место, на нужную глубину, чтобы удача улыбнулась. Нет, это целая наука, а лучше сказать, искусство!

     Полагаю, что главный талант русских людей, это талант чувствовать природу и угадывать ее законы и правила. Близость к природе питает человека и порождает в нем многие способности. Я всегда удивлялся глубине и такту русской архитектуры, в которой этот самый талант от матери земли очень чувствуется. Творения русских мастеров, неграмотных и архитектурно необразованных, весьма гармоничны и соразмерны. Божественное дыхание как будто управляет их волей. И вот что это? Ни образования, ни школы, одна  только та самая интуиция или «чуйка»?  Это чувство почти утрачено, проявляется в людях лишь случайными блестками божьего дара. Кстати, когда нет ни знаний, ни опыта, что в человеке появляется в первую очередь, - конечно интуиция. Это первичное сверхчувство,  по  жизни заглушается приобретенными наслоениями, знаниями, жизненным опытом, догмами и даже предрассудками. Интуиция не так уж редка в людях, это меньше чем дар ясновидения, но и она помогает, а порой и спасает. Все эти прачувства, зашитые в наши генах,  могли бы развить  цивилизацию в совсем другом направлении….

      Млекопитающие – забавные твари на этой ярмарке животного мира. Поначалу казалось, у них нет шансов в сравнении с другими роскошными видами. Более мощными, зубастыми, клыкастыми, быстрыми и сильными…. Однако из каких-то ничтожных тварей развился вид, вооруженный «соображалкой» и умелыми руками. Так себе вид, голый и беззащитный. Однако выжил, развился и расплодился, не смотря ни на что, и заполнил всю Землю. Теперь вся Земля зудит и чешется. Она похожа на гигантский колобок, пораженный какой-то «паршой». «Козявки» все отравили, изрыли, уничтожили, понастроили клетушек. В какой-то момент она, как шелудивый кот передернется, встряхнется и смоет гигантским цунами всю эту «паршу» со своей поверхности, и как пес, избавившийся от паразитов, облегченно расслабится и вздремнет на пару-тройку тысяч лет, пока от «блох» не останется и следа. И тогда, возможно, начнется новый виток истории другой цивилизации. Как гласят легенды, такое уже бывало, и на смену нам, неразумным, придут другие, более продвинутые, но не факт, что на этот раз это будут млекопитающие. Жаль, а шанс-то был.           

Мы перезвоним Вам в ближайшее удобное время
Заказать обратный звонок
Заявка отправлена ожидайте звонка
Спасибо